Юргинцы, не забывайте о прошлом!

Посвящение Дню памяти и скорби

22 июня - День памяти и скорби. Именно в этот день началась Великая Отечественная война. Участники литературного клуба «Откровение» предлагают вашему вниманию строки, посвященные осмыслению событий российской истории, трагических ее страниц:
Экскурсия в Бухенвальд.
Вспомнилась необычная экскурсия и встреча с необычной женщиной. Встреча с узницей лагеря Бухенвальд. Готова ли я была к этой встрече? Да. Казалось да. По крайней мере, подготовлен был ряд вопросов, перелистано несколько книг.
Новое поколение решительно избегает воспоминаний о тех реальных событиях. «А зачем?» - спрашивают. Правда, зачем? Да затем, чтоб не повторилось. Никогда! Нигде!
Воочию увиденное и услышанное заставило по-новому взглянуть на эту трагедию. А намеченные вопросы отпали сами по себе. Я всегда считала, что о личностных трагедиях в войнах имеют право писать только избранные: кто в совершенстве владеет искусством пера, кто способен искренне переживать и сопереживать эти события. И лишь те, кто пережил эту войну, своей жизнью коснулся этой трагедии, кто оставил частичку себя или своих близких в этом месиве - именно они имеют право на изложение фактов, событий, передачу чувств, эмоций и переживаний любым слогом.
Наложив табу на эту тему, я решила никогда не касаться её. Но не напрасно говорят: «Никогда не говори «никогда».
Здравый рассудок не просто отступил - мозг не в состоянии был зафиксировать и сохранить эти эмоции в своих хранилищах. Стихийно возникшие строки выплеснулись на бумагу, сметая на своем пути все табу. Слились в них плач и стон, бунт и ненависть, мольба и смирение. Простите же меня те, чьи души я потревожила этими, возможно, несовершенными стихами. Простите. И вечный Вам покой…

«Молитва узницы Бухенвальда»

Человек ли я, животинка ли?
Здесь по номеру меня кликали.
Улыбаться нас разучили всех,
Не звенит нигде колокольчик-смех.
Жизни ниточки обрывают в миг,
Застревает в нас молчаливый крик.
А тела лежат, что поленья дров,
И не слышно здесь о пощаде слов.
С закопченных труб летят душеньки,
И черным-черны ходят тученьки.
Толи это явь, толи снов кошмар
Из печей смердит ядовитый мар.
В жилы чертовы кровь качается.
Жизни детушек здесь кончаются.
По полям чужим прахом веемся.
По дорогам их костьми стелемся.
Сувенирами на столах стоим,
Чашей страшною их вином поим.
Их прелестницы мыльцем моются,
Знают ль, ведают, что в нем кроется?
Гром и молния - гнев небесных сил!
Как же их таких белый свет носил?
Ты, Земля моя, матерь всех людей,
Забери назад ты своих детей!
Схорони же нас от злодеев сих.
Что ж ты, господи, онемел - затих?
Вся душа моя во смятении,
Воспаленный мозг в затемнении.
С детства верила, что добро сильней,
Да неужто здесь победит злодей?
Ты прости, господь, мне мой бунт опять:
Боль – тоску в душе не могу унять.
Лицемером быть не хочу нигде,
Знать, какая есть, я вернусь к тебе.
Я вернусь к тебе зорькой светлою,
Я вернусь к тебе песней спетою.
Поклонюсь тебе низко в ноженьки:
Ты прости нас всех, милый боженька.
Пожалей ты нас, дай нам силушки.
Пусть расправит вновь ангел крылышки.
Я вернусь к тебе во смирении:
«Дай нам, господи, всем терпения!»
Г. Акимкина

«Я не трону ягоду»

Братские могилы
Заросли травой,
И почти сравнялись
С матушкой землей.
Маленькие холмики
Встретятся порой,
Когда ищешь ягоду
Во траве густой.
Братские могилы –
Нет конца печали.
Братские могилы -
Сколько ж вас встречала…
Вся земля Орловщины
Сплошь покрыта ими,
Маленькими холмиками-
Братскими могилами.
Когда ищешь ягоду
Во траве густой
И рука застынет вдруг
Над могилой той.
И сожмется сердце.
И слеза бежит.
Кто ж он, неизвестный,
что вот здесь лежит?
Ждут тебя родные,
Очень долго ждут…
Я не трону ягоду,
Что созрела тут
В. Пляскина